Лидер на границе двух кризисов. Как прожить?

Тема сегодняшней беседы — лидер на границе двух кризисов: как прожить. Я предлагаю тебе взять инициативу и предложить упражнение, которое поможет понять, в какой точке сейчас находится человек.
Смотри, многие предприниматели сейчас находятся на пересечении двух кризисов. Первый — внешний: то, что происходит в политике, экономике, как это бьет по компаниям. Второй — внутренний: большинство из них находятся в возрасте 35–45 лет, а это кризис среднего возраста. Те установки, которые дало общество, те социальные маски, которые мы должны были реализовать, устаревают. И мы оказываемся перед тем, что проживаем сценарии, вложенные в нас влиятельными людьми в детстве.

В транзактном анализе есть пять сценариев. Я предлагаю взять листочек и по шкале от 1 до 10 оценить, насколько каждый из них про вас.

Первый сценарий — «будь сильным». Мальчики не плачут, ты всегда должен быть стойким, никогда не проявлять слабость, никого ни о чем не просить.

Второй — «спеши». Человек все время куда-то бежит, у него куча дел, он всегда опаздывает, его невозможно остановить.

Третий — «радуй других». Люди, которые всегда улыбаются, всегда готовы помочь, служить. Им важно, чтобы никто не огорчился, даже если у них самих проблемы.

Четвертый — «будь лучшим». Ты должен быть первым во всем, отличник, не имеешь права на ошибку, всегда должен быть на высоте.

Пятый — «старайся, пытайся». Человек все время что-то делает, старается, но у него часто или почти всегда ничего не доходит до результата.

Посмотрите на те сценарии, по которым вы поставили себе наибольшие баллы. Их должно быть не больше одного-двух. Само по себе осознание, что ты проживаешь не свой сценарий, навязанную социальную маску, — это уже большой шаг. Когда мы живем по чужому сценарию, мы игнорируем реальность, свои ресурсы, либо живем в режиме сверхадаптации, угождаем другим и обесцениваем себя. А жить чужой жизнью невозможно полноценно и счастливо.

Ты сам проходил этот тест. Какие были твои дальнейшие шаги после осознания?
У меня история особенная: я опоздал с кризисом среднего возраста. Нормативно его проходят в 40–45 лет, но у меня в это время родился второй ребенок, и я жестко перезапустил карьеру. Мы переехали в Москву, я из госслужащего оказался в коммерческой компании на жестком проекте. Так что мой кризис сместился ближе к 60, когда я достиг пика в карьере, и случился небольшой обвал. Мне пришлось проходить эту историю в комплексе. Первое, что я понял: важно остаться в опоре на себя и посмотреть на себя честно. Я пришел к коучу. Для меня это стало началом пути к себе, в котором я сейчас нахожусь.

Вернемся к внешнему кризису как к новой норме. Можно ли сказать, что сейчас это норма жизни, и если раньше лидеру нужны были одни качества, то сейчас ключевыми становятся другие?
Эта история пришла не как кризис 2008 года — пришел, переработали, ушел. Это кризис надолго. Я бы добавил третий кризис, который переживает руководитель сейчас: изменились условия лидерства. В турбулентности лидер должен быть уверенным, ясным, чтобы люди за ним пошли. Но при этом недирективная модель управления, без которой сейчас никуда, требует от него человечности, демонстрации собственной уязвимости. Это парадокс: человек оказывается в жесткой ситуации с трех сторон. Один предприниматель сказал мне: «Ты знаешь, там, где у других начинается зона смерти, у меня начинается зона комфорта». Требования к руководителю сейчас таковы, что в зоне смерти ему должно быть комфортно.

Ты сказал про уязвимость. Насколько сейчас можно и нужно быть открытым и уязвимым, если мы говорим про лидера и его команду?
Без этого совершенно невозможно. Если команда не увидит в тебе человека, которому можно доверять, на которого можно положиться, ты не сможешь управлять ни командой, ни бизнесом. Парадоксальное сочетание человечности с одной стороны и лидера-визионера, принимающего ответственность, с другой, — это и есть портрет современного лидера.

Какие качества нужно в себе «качать» сейчас, чтобы быть эффективным в турбулентности?
Я буду настойчив. Мы все занимаемся телом, понимаем, что основа — физическое здоровье. Но есть еще ментальное здоровье. Если у человека нет ясности про себя: кто я, какая моя идентичность, какие ценности, что я реализую в этом беге, какие потребности закрываю, — то без этой базы прокачивать переговорные навыки и другие скилы бесполезно. Я бы рекомендовал начать с того, чтобы разобраться с собой и своими ценностями.

Если говорить про команду и взаимодействие с сотрудниками, которые тоже переживают кризис, что сегодня больше всего нужно людям от руководителя: четкие указания, смысл, поддержка?
Две вещи. В условиях полнейшей неопределенности люди ждут от лидера уверенности. Они могут простить все, даже если он два-три раза приведет их не туда, но им важно опираться на человека, который говорит: «Я знаю, куда мы идем, идем туда, все за мной». А с другой стороны — это искренняя забота о людях. Два качества: уверенно вести и транслировать, и искренняя забота, партнерство, уважение. Больше ничего на верхнем уровне не нужно.

В период кризиса нужно быстро принимать решения. Повышается требовательность к сотрудникам. Как удержать баланс между требовательностью и заботой?
Парадокса здесь нет. Быстро принятое решение в кризисе гораздо ценнее, чем длинная отложенная история. Лидер сам должен быть таким, и если под ним есть руководители среднего звена, он должен требовать от них такой же модели поведения. Но это не исключает доверительных отношений. Если у меня есть доверие, я могу помочь, подсказать, и они примут это иначе. Здесь нет противоречий. Мы все в одной лодке, и нужно грести быстрее. Но чтобы так себя вести — с одной стороны принимать решения и отвечать за них, с другой — ровно, спокойно, заинтересованно общаться с людьми, — человек должен сам быть личностью. А личностью он становится, только поняв себя: свои ценности, ориентиры, маяк. Сила здесь, извне ее не взять ни на курсах, ни на тренингах по прокачке скилов. Она идет от личности.

Когда руководитель долго живет в кризисе, у него начинает заканчиваться ресурс. Как это проявляется?
Расскажу про себя. В пандемию я работал по 12–14 часов, плюс лег тяжелый проект. Я тащил до момента, пока не рухнул. Я довел себя до хорошего выгорания. Как это чувствовалось? Любой звонок, любая телефонная активность, любая эмоциональная нагрузка отзывалась головной болью. Я позвонил руководителю, попросил три дня полного покоя, и только так восстановился. А второй пример: четыре года назад я обошел десяток топ-менеджеров и спросил: «Если для поддержки команды тебе нужен ресурс 100%, какой он у тебя сейчас?» Люди назвали цифры от 60 до 80%. На вопрос «ты собираешься что-то с этим делать?» из десяти человек один сказал «возможно». Остальные считали, что это нормально — работать в кредит у себя, от 20 до 40% в минусе.

Какие инструменты для работы над своим ресурсом ты можешь порекомендовать?
Первое: работать с собой нужно системно. В этом году я впервые серьезно занялся целями через ценности, и за три месяца значительная часть из них уже реализовалась или начала реализовываться. Второе: малые шаги. Например, я начал подводить итоги недели в маленьком дневничке. Вот вопросы: какие моменты подарили радость, чем я больше всего горжусь, за что я благодарен, какие новые стратегии мышления я применил, от каких стратегий я хотел бы отказаться. Простейшая вещь, но она работает.

Что касается физической нагрузки: если вы подходите к границе выгорания, и кто-то рекомендует пойти в зал и «качнуться» — для большинства это не сработает. Когда ресурс организма уже выжжен, интенсивная тренировка станет дополнительной нагрузкой и только добьет. В таком случае лучше погулять, полежать, забиться в уголок.

Мы много говорим про внешний кризис. Давай теперь о внутреннем кризисе лидера — кризисе середины жизни. Что происходит с человеком в этот период?
Я больше работаю с мужчинами, и у них это часто проявляется так: «Я уткнулся в потолок, не знаю, куда развиваться». Женщины в этот период часто обращаются к рациональным способам взаимодействия с миром — тарологи, коучи, — у мужчин же либо наслаждение триумфом власти, либо сомнение в своих достижениях. Часто это новый опыт отчаяния и одиночества: человек чувствует себя одиноким, даже находясь в окружении, в нем начинает жить внутренний отшельник. Ты вроде бы чего-то достиг, все хорошо, но что-то не так. Мужчины приходят и говорят: «Я построил карьеру, теперь не знаю, куда идти». Когда начинаешь разбираться, оказывается, что дело не только в карьере. Нужно искать смысл: чего я хочу делать вообще, как это соотносится с тем, что я умею?

Как прожить этот период осознанно, не разрушая себя, бизнес, семью?
Кризис — это данность. Я не про то, чтобы не трогать человека, который все рушит, а про то, чтобы стараться, чтобы изменения, которые придут, были осознанными. Люди отказываются от каких-то связей, потому что перерастают их, это может быть и в семье. Но это не значит, что в кризис надо все рушить. Фокус нужно направить на себя: разобраться, что я хочу от отношений, от профессиональной деятельности, куда я иду, какой образ я хочу нести к 60 годам. Ответив на эти вопросы, внешние изменения часто либо сами решаются, либо появляется другой взгляд на них. От внутреннего рождается внешнее. От ценностей появляются цели. Обратный путь не работает, это «времянки», которые бесполезны или вредны.

Сколько времени в среднем человеку нужно, чтобы разобраться в себе, расставить ценности, нарисовать картину на 20–30 лет вперед?
Короткий ответ: чтобы сделать первый рывок, человеку, который никогда не работал с психологом или коучем, нужно два-три месяца. И он выходит на другой уровень понимания себя, и это его уже не отпускает. А длинный ответ: я про себя вспомнил, отмотал назад. От того кризиса, с которого начались изменения, прошло пять лет, и процесс не завершен. Я надеюсь, он никогда не завершится. Путь к себе — это кайфовая вещь. Она дает огромную силу, устойчивость, уверенность. Достойное занятие для человека, который хочет жить свою жизнь.

Можно ли сказать, что пока человек не понимает себя, ему сложно настроить настоящую близость и доверие с другими людьми: с командой, семьей, друзьями?
Глубокий вопрос. Что касается команды — можно строить отношения и без самой близкой связи. Более того, сверхблизкие отношения в команде могут быть даже вредны. А с точки зрения совсем близких отношений… Поделюсь личным опытом. Сейчас, когда я многое проработал и супруга проработала, у нас появилась такая близость, которой не было 30 лет. Раньше это была борьба, много элементов борьбы. Сейчас ее нет. Когда мы оба внутри себя убрали лишнее и теперь можем разговаривать более чистыми — для себя чистыми, не для другого, — отношения вышли на совершенно другой уровень.

А как она выглядит, эта новая близость?
Это когда вы перестаете обижаться и дуться днями и неделями. Когда между вами происходит неизбежная стычка, и она не превращается в отчуждение, когда ты понимаешь: это же человек, для которого ты важен, может быть, самый единственный. И то, что она сказала или сделала, — это не про отторжение и не желание обидеть. И примирение происходит через пять минут, и все рассасывается, как будто ничего не было. Есть база, которая все это держит, и новостные вещи перестают быть важными.

Есть ли у тебя практические упражнения, которые помогут приблизиться к себе настоящему?
Мы же все прокачаны с точки зрения спорта: приехали на море, взяли доску с парусом — и пошли сами тренироваться. Но даже в зал мы нанимаем инструктора. С ментальным здоровьем та же история, но почему-то к этому относятся иначе. Человек сам себя не видит, у него куча слепых зон. Я бы рекомендовал все-таки работать с кем-то, потому что так эффективность будет в разы выше. Для руководителей и предпринимателей это просто математика: инвестируешь немного времени и денег — получаешь кратно больше.

Из легких упражнений — подводить итоги недели как минимум. Но я бы сказал, что лучше делать это ежедневно, потому что в конце недели вы просто не вспомните количество событий и эмоций. Можно пройти экспресс-диагностику — полтора часа, цена ужина в ресторане, — и получить картинку: кто ты, где ты, что ты, и даже чек-лист, куда двигаться. Групповые форматы, группы равных, «восьмерки» — это крайне эффективно. Мы люди социальные, работа в группе, когда мы видим зеркало, видим, как мы коммуницируем, — это великолепная вещь.

Резюмируя: представь руководителя, который сейчас находится на границе внешнего и внутреннего кризиса. Какой главный шаг ты бы предложил ему сделать прямо сейчас?
Я бы сделал два шага. Оба про то, чтобы трезво и спокойно смотреть на жизнь. Первый — увидеть эту ситуацию, что я нахожусь в ней, поисследовать и просто принять, что я в ней. Остановиться, побыть в этом, создать себе немножко внутренней тишины, отключить спешку. Второй шаг — прислушаться к себе и понять, какой шаг я готов сделать прямо сейчас, чтобы свою жизнь немножко изменить в лучшую сторону, в лучшую перспективу. Я не буду давать рекомендации. Лучшее, что можно сделать, — дать себе тишину и спросить себя. Ответ придет.

Станислав, спасибо. Завершим традиционными вопросами. О каком путешествии ты мечтаешь?
Мы не реализовали океан Португалии. Еще планы встретиться с дочерью в Марокко. Веранда ресторана на Тенерифе, где внизу плещется океан, — это состояние сейчас пришло. Хочется посмотреть Португалию еще раз или Марокко.

Фильм, который повлиял на тебя в кризисный или переломный момент жизни?
Я не люблю уходить далеко в прошлое. Скажу про фильм, который запал пару месяцев назад, — «Я тоже хочу» Алексея Балабанова. Он особенный, и он пересекается с темой нашей беседы.

Книги?
Первая — «Радость»: беседы Далай-ламы XIV и архиепископа Десмонда Туту. Два веселых живых человека за 80, которые прожили очень сложную жизнь, говорят о том, откуда берется радость. Поразительная книга. Вторая — про бизнес, и она тоже о том, что мы сегодня обсуждали: «Радикальная прямота» Ким Скотт. Модель, описанная там, — маст-хэв для руководителей сейчас.

Финальный вопрос. Представь, что ты стоишь на сцене перед всем миром. Какое главное знание ты передашь каждому человеку на планете?
Слишком глубокая мысль. Скажу так, черновиком. Я верю, что добро сильнее зла.

Беседовала – Юлия Солнечная
Фото – архив
Вёрстка – Елена Шпинева

26.03.2026